Syndicate content

Октябрь 2015

Что заставляет меня гордиться своей работой во Всемирном банке в Грузии?

Tako Kobakhidze's picture
 
Я грузинка, и я почти уже 30 лет живу в этой небольшой стране площадью примерно 70 тыс. км2. Должна признаться, что никогда не была в Троицкой церкви в Гергети, расположенной на высоте 2170 метров у подножия горы Казбек – одной из самых высоких и красивейших вершин Кавказских гор.
 
А вот Ахмет Эйвейда, мой египетский коллега, там был.
 
Если вы решили, что он энтузиаст-турист, постоянно ищущий, на какую бы еще гору взобраться, то вы ошиблись. А вот в чем он действительно энтузиаст - так это в поддержке благоустройства сельских территорий Грузии. Он руководил целым рядом проектов регионального развития в Грузии, в том числе третьим проектом «Региональное развитие» (ПРР-III), профинансированным Всемирным банком.
 
Я упомянула Гергетскую Троицкую церковь потому, что она включена в список 13 объектов культурного наследия, которые будут восстановлены или отреставрированы именно в рамках данного проекта Всемирного банка.

Как Россия может выйти из рецессии?

Birgit Hansl's picture

Экономические беды России продолжаются: в первой половине 2015 года рецессия углубилась и сильно отразилась на жизни россиян.  Экономика при этом продолжала приспосабливаться к резкому изменению условий внешней торговли в 2014 году, когда цены на нефть в течение нескольких месяцев упали больше чем вдвое.  Кроме того, инвестиционный спрос в стране сокращается третий год подряд.

Неопределенность экономической политики, обусловленная непредсказуемостью геополитической ситуации и сохраняющимися санкциями, привела к стремительному сокращению частных инвестиций на фоне роста стоимости привлечения капитала и сжатия потребительского спроса.   

Рекордное падение потребительского спроса объяснялось резким сокращением реальных зарплат, которые за первое полугодие 2015 года упали в среднем на 8,5%, наглядно демонстрируя глубину рецессии.  Сокращение реальных доходов привело к значительному повышению уровня бедности и усугубило уязвимость домохозяйств, относящихся к беднейшим 40% населения по шкале распределения доходов.

Итак, если цены на нефть останутся низкими, как Россия сможет выйти из рецессии?

Зачем нам дальше обсуждать вопросы снижения рисков землетрясений в Центральной Азии?

Joaquin Toro's picture

Представьте себя в прошлом веке, идущим по улице большого центрально-азиатского города. Вас окружает архитектура, где доминирует советский стиль, и целые кварталы застроены одинаковыми типовыми зданиями. И вот, пока вы гуляете, внезапно, земля под ногами начинает вздрагивать, и все вокруг вас начинает трястись. Здания, деревья и автомобили – все ходит ходуном, и вы не можете больше сделать и шага. Буквально за один момент вокруг меняется все – окружающие вас постройки начинают рушиться одна за другой, повсюду стоит пыль, со всех сторон слышатся крики. Воцаряется хаос и отчаяние. Город поразило землетрясение магнитудой более 7+. Эта история – правдивая история – уже несколько раз повторялась в каждой из стран Центральной Азии в прошлом веке.

Стань умнее: мир данных о развития в вашем кармане!

Nagaraja Rao Harshadeep's picture
Многие разговоры за обеденным столом и дружеские дискуссии протекают в условиях отсутствия данных: "Это большая – очень большая – проблема!" Но насколько большая? Скорее всего, ваш друг об этом понятия не имеет.

Часто говорят, что мы живем в новую информационную эпоху. Такие учреждения, как Банк, учреждения ООН, НАСА, ЕКА, университеты и другие учреждения затопили нас огромным потоком новых данных, кропотливо собираемых как по странам, так и в ходе обследований, или же все бόльшим числом наблюдателей за происходящим. Мы располагаем такими современными инструментами, как мобильные телефоны, которые мощнее старых больших ЭВМ, которыми я пользовался в годы своей учебы в университете. Вы можете находиться в сельской местности в Малави и все равно иметь доступ к надежным сетям передачи данных 3G.
 
Open data for sustainable development