Syndicate content

Борьба с мошенничеством в государственно-частных проектах

Leonard McCarthy's picture
Эта страница на: English | العربية

Что делать стесненному в денежных средствах правительству, когда ему нужно модернизировать больницу, построить железную дорогу или расширить сеть электроснабжения на обойденные вниманием районы? Оно может изучить возможность привлечения внешних, частных источников финансирования, и здесь в игру вступают государственно-частные партнерства (ГЧП). Этот акроним звучит многообещающе, однако начиная с 1970-х годов, воздействие ГЧП было неоднозначным. При наилучшем сценарии они могут обеспечить быстрое вложение денежных средств частными финансовыми структурами, предоставление качественных услуг и общую эффективность с точки зрения затрат, которой государственный сектор не может добиться самостоятельно.  
 
Но при наихудшем сценарии ГЧП могут также привести к завышению расходов, недопредоставлению услуг, ущербу общественным интересам, а также появлению новых возможностей для мошенничества, сговора и коррупции.  Наш опыт в Управлении по борьбе с мошенничеством, коррупцией и корпоративными нарушениями показывает, что, поскольку ГЧП чаще всего ориентированы на предоставление основных общественных услуг в области инфраструктуры, здравоохранения и образования, риски мошенничества и коррупции, присущие этим секторам, также переходят и на ГЧП.
 
17 апреля Управление по борьбе с мошенничеством, коррупцией и корпоративными нарушениями провело общественную дискуссию по вопросам коррупции в ГЧП (pdf), взглянув на проблему в общем контексте финансов, энергетики и контроля над честностью сделок. Если говорить об общей картине, то в течение последних восьми лет 134 развивающиеся страны использовали ГЧП в инфраструктурных проектах, и за последнее десятилетие Всемирный банк одобрил для ГЧП кредиты и гарантии покрытия риска на сумму порядка 23 млрд. долл. США.
 


Открывая мероприятие, Управляющий директор Всемирного банка Шри Мульяни вспомнила примеры из своей предыдущей жизни в качестве министра финансов Индонезии. Она напомнила собравшимся, что, хотя мошенничество в ГЧП может показаться абстрактным, издержки с точки зрения качества, безопасности и человеческих жизней весьма реальны, например, в случае, если мост рухнет через 5 лет, хотя он строился из расчета 15 лет эксплуатации.
 
Модератором дискуссии являлась корреспондент CBS News в Госдепартаменте Маргарет Бреннан, которая не позволила участникам дискуссии ограничиться слишком вежливыми высказываниями. Она пыталась заставить выступавших (pdf) назвать те страны, которые постоянно сталкиваются с наиболее глубоко укоренившимися проблемами коррупции, и предложить возможные пути их решения. Как уточнил мой коллега Рашад Калдани, вице-президент и старший сотрудник по оперативным вопросам IFC: "Это происходит во всем мире, во всех странах, без исключения". Проблема носит глобальный характер, и именно поэтому решения также должны быть столь же глобальными и применимыми в различных ситуациях.
 
Если в дискуссии  и была красная нить, то она касалась желания создать равные условия деятельности с установлением глобальных стандартов транспарентности для ГЧП. Роджер Бриджес, президент "Knowles Consulting" в Канаде, предложил поручить Всемирному банку разработать систему сертификации в области транспарентности и управления. Прохождение процесса сертификации должно быть абсолютно добровольным делом, однако ее получение продемонстрирует очевидную приверженность цели улучшения внутреннего управления и наличие для этого соответствующих возможностей. Роджер добавил, что, в конечном счете, сертификацию можно будет расширить, превратив ее в общую систему оценки участников ГЧП. Например, за прохождение сертификации участник может получить 10 из общих возможных 100 баллов. Пряник, а не кнут.
 
Г-н Калдани предложил инициативу в вопросах добросовестности, основанную на примере Экваториальных принципов. Идея заключается в том, чтобы начать с нескольких крупных международных игроков, которые согласятся внедрять стандартную практику и принципы деятельности применительно к ГЧП. После определения таких принципов СМИ и гражданское общество помогут побудить других партнеров к ним присоединиться, с тем чтобы их соблюдение со временем укоренилось настолько, что они станут общепринятой нормой поведения.  
 
На первый взгляд может показаться, что на установление новых норм уйдет целая вечность, но позиции и нормы могут меняться быстрее, чем можно себе представить. – Согласно Полу Клиффорду, за прошедшие 8 – 10 лет некогда "трудный разговор" с клиентами о соблюдении экологических и социальных стандартов, установленных Экваториальными принципами, стал "автоматически" приемлемым.  
 
Коррупция является преднамеренным, опасным и вредным делом. Основываясь на итогах вчерашней дискуссии, я полагаю, что то, что я бы назвал Глобальными принципами добросовестности, получит широкую поддержку. ГЧП по самой своей природе являются непрозрачными и рискованными, поскольку речь идет о долгосрочных, сложных финансовых механизмах. Эти риски можно снизить, если сделать условия, издержки и выгоды более понятными и доступными для правительств, частных сторон и потребителей.
 
Конкретные вопросы, на которые мы хотим найти ответы во Всемирном банке, включают следующее: Как адаптировать для ГЧП предварительные экспертизы в вопросах добросовестности? Как принципы добросовестности могут быть отражены в национальном законодательстве по ГЧП? Что следует сделать органам регулирования для должной проверки концессий и других аналогичных схем? Необходимы ли дополнительные требования в отношении раскрытия информации для проверки политически влиятельных лиц? И наконец, как добиться более эффективного общественного контроля над деятельностью ГЧП на протяжении всего проектного цикла ГЧП?
 
Без сомнения нам придется решить ряд сложных и запутанных вопросов. Для продвижения вперед необходим оптимизм, даже если в 1911 году Амброз Бирс назвал его умственным расстройством. 

Добавить новый комментарий

Plain text

  • Allowed HTML tags: <br> <p>
  • Автоматически добавляет параграфы и новые строки
By submitting this form, you accept the Mollom privacy policy.