Правильно ли мы истолковали «коэффициент демографической нагрузки пожилыми» в стареющих странах?

|

Эта страница на:

Photo by Brookings

Все мы уже видели эти цифры: в течение ближайших десятилетий многие страны – как развитые, так и развивающиеся - сильно постареют. Одним из показателей, описывающих происходящее, служит «коэффициент демографической нагрузки пожилыми». С его помощью измеряют численность лиц старше 65 лет (возраст, который в настоящее время определён как «пожилой») как долю от численности населения в возрасте от 15 до 64 лет (в современных понятих – «трудоспособный возраст»). Иными словами, этот коэффициент показывает, сколько пенсионеров придётся содержать одному потенциальному работнику. По мере старения населения планеты во многих странах данный показатель в ближайшие десятилетия резко ухудшится. В этой ситуации серьёзную озабоченность начинает вызывать устойчивость систем пенсионного обеспечения.
 

В Германии, России, США значение этого коэффциента быстро увеличивается. Особенно остро это ощущается в Германии, где цифры выглядят просто угрожающе. В 1990-е годы пять (потенциальных) работников в Германии содержали примерно одного пожилого человека (коэффициент демографической нагрузки пожилыми, равный 0,22). К 2060 году они будут содержать троих пожилых; значение коэффициента демографической нагрузки вырастет в три раза, - до 0,62. Россия и США в 1990-е годы имели сопоставимые исходные уровни, но в этих странах процессы старения будут идти не так активно: к 2060 году значение коэффициента демографической нагрузки для них достигнет порядка 0,37, что, тем не менее, говорит о существенных изменениях (см. Рисунок 1).

Рисунок 1. Численность пожилого населения растёт. Но станут ли они иждивенцами для других?

Рисунок 1. Численность пожилого населения растёт. Но станут ли они иждивенцами для других?

Источник: United Nations. 2012. World Population Prospects: the 2012 Revision (database)

Примечание: коэффициент демографической нагрузки пожилыми измеряет количество пожилых людей (65 лет и старше), которое приходится на одного человека трудоспособного возраста ( 15- 64 лет).

Обречены ли мы на то, чтобы нас захлестнула волна стариков, которым нужны деньги молодых? Вынужден ли будет каждый работник в перспективе работать, чтобы обеспечить не только самого себя, но и оплатить половину (или больше) дохода пенсионера? Ждёт ли нас новое общество, где доминирующее положение будет принадлежать тем, кого содержат за счёт работы и дохода других?

Не думаю.

У коэффициента демографической нагрузки пожилыми имеется один фундаментальный недостаток: его нынешнее определение по-прежнему заставляет нас поверить в то, что после 65 лет мы становимся «пожилыми иждивенцами». Однако в будущем это будет просто неверно.

В будущем все мы, возможно, сможем работать сколь угодно долго. Продолжительность трудовой деятельности и понятие выхода на пенсию стали меняться. Сегодняшние «старики» здоровее, чем их сверстники в любом предшествующем поколении, и здоровая старость тоже позволит нам дольше работать. Действительно, фактический возраст выхода на пенсию во многих странах с высоким уровнем доходов начиная с конце 1990-х увеличивался. Иначе говоря, сейчас наша большая продолжительность жизни преобразуется в более длительную трудовую деятельность, и ожидается, что эта тенденция сохранится.

Если все мы будем работать дольше, то не следует ли изменить пороговое значение возраста при расчёте коэффициента демографической нагрузки пожилыми? Станет ли в перспективе возраст в 75 лет соответствовать нынешним 65 годам, так чтобы в качестве «трудоспособного» можно было бы определить возраст от 15 до 75 лет?

У меня другое предложение. Почему бы вовсе не отказаться от понятия «трудоспособный возраст»? Зачем сдерживать себя, искусственно ограничивая наш производительный потенциал каким-либо возрастом, будь то 65, 75 или 105 лет? Любое такое возрастное ограничение не только определяет, что все, кто младше, производительны, но также гласит, что все, кто старше – непроизводительны. Вместе с тем, в реальности у всех людей разные способности, и из-за этого кто-то вынужден уходить на покой раньше, а кому-то они позволяют работать до преклонного возраста.

 

Именно это разнообразие в сочетании с ростом продолжительности жизни должно позволить нам пересмотреть понятие «трудоспособного возраста». Изначально оно задумывалось как показатель иждивенчества в стране: в какой мере мы (пожилые) зависим от других (молодёжи) с точки зрения жизнеобеспечения? Но сегодня степень иждивенчества можно измерить гораздо точнее. Имеются вполне точные оценки численности активных и неактивных групп на рынке труда по всем возрастным категориям. Причём имеются не только надёжные оценки показателей экономической активности в прошлом и настоящем, но также и прогнозы на будущее.

 

Этот коффициент демографической нагрузки взрослыми – то есть доля неактивного населения в совокупной численности взрослого населения в возрасте 15 лет и старше – даёт для трёх стран, которые рассматриваются в нашем примере, гораздо более оптимистичный прогноз с меньшими расхождениями. В то время как в 1990-е годы в Германии 10 работников содержали примерно семь неактивных взрослых (в том числе – немало женщин), этот показатель вырастет незначительно, - примерно до восьми взрослых иждивенцев на 10 работников, а к 2050 году даже начнёт падать. В России в настоящее время на 10 работников приходится порядка шести неактивных взрослых, и погнозируется, что к 2050 таких иждивенцев будет семеро. Аналогичная и даже ещё более оптимистичная тенденция наблюдается в США. Вообще, коэффициент демографической нагрузки взрослыми – гораздо более стабильный показатель, чем имеющий неоднозначную репутацию коэффициент нагрузки пожилыми. Может быть, мы абсолютно неверно истолковали всё, что связано с коэффициентом нагрузки пожилыми? И что стоит за этим неожиданным результатом?

Рисунок 2. Если учесть изменения поведения, то прогноз оказывается более стабильным

Рисунок 2. Если учесть изменения поведения, то прогноз оказывается более стабильным

Source: Bussolo, Koettl, and Sinnott (Forthcoming). Golden Aging. Prospects for Healthy, Active, and Prosperous Aging in Europe and Central Asia. Washington, DC: World Bank.

 

Примечание: коэффициент демографической нагрузки взрослыми измеряет численность неактивного (неработающего и не ищущего работу) населения на одного экономически активного (работающего или ищущего работу) взрослого (лица в возрасте 15 лет и старше). При составлении прогнозов тенденции роста экономической активности женщин и пожилых, характерные для прошлых периодов, экстраполируются на период до 2030 года; допускается дальнейшее повышение фактического возраста выхода на пенсию на 10 лет на отрезке с 2030 по 2060 год.

Статические коэффициенты, такие как коэффициент демографической нагрузки пожилыми, не отражают изменения поведения. Качество здоровья улучшается (в том числе - в старости), всё больше женщин выходят на рынок труда. Меняется и политика в области пенсионного обеспечения. Вследствие всех этих факторов на рынке труда оказалось больше людей, чем в любой предшествующий период, и остаются на нём они тоже дольше, чем когда-либо прежде.

При анализе распространённости «иждивенчества» в странах в перспективе нельзя механически экстраполировать нынешнее поведение на будущее. В частности, большое значение может иметь реализуемая политика. Если сегодня продолжатся усилия, призванные ограничить практику досрочного выхода на пенсию, обеспечить инвестиции в программы непрерывного обучения, повысить официальный пенсионный возраст (то есть попытки осуществить меры, которые способствуют большей продолжительности трудовой деятельности), то в перспективе страны действительно будут «старше», но в них не обязательно вырастет доля иждивенцев.

-----------------------------------------------------

Более подробно вопросы, связанные с процессами старения населения, освещены в докладе Всемирного банка «Золотой век старения. Перспективы здоровой, активной и обеспеченной старости в регионе Европы и Центральной Азии» (авторы – Маурицио Буссоло, Йоханнес Кеттл и Эмили Синнотт).

Впервые эта запись в блоге была опубликована Институтом Брукингса: http://www.brookings.edu/blogs/future-development/posts/2015/05/20-aging-retirement-koettl

Авторы

Иоганнес Кеттль

Старший экономист, Отдел глобальной практики по вопросам труда и социальной защиты населения

Присоединяйся к обсуждению